Имя:    Пароль:   Запомнить меня на этом компьютере      Зарегистрироваться! | Я забыл пароль
 Sunny | кто онлайн | помощь | Deutsche Version deutsch
 
germany.ru > Правовая информация > Жилье

Реклама

Правовая информация

Гражданство, статус иностранцев

Поздние переселенцы

Еврейская эмиграция

Работа

Образование

Бизнес

Налоги

Социальная помощь

Пенсии

Жилье

Автомобиль

Права потребителя

Деньги, банки, страхование

Суд, адвокатура, юридическая помощь

Разное

Право стран бывш. СССР

Адреса

Страница ведущего

Форум

Где проживать социальщику

20-01-2003 [ Partner ]

Partner

Собственное жильё: Где проживать социальщику
Судя по читательской почте, вопросы, связанные с изменением места проживания, волнуют многих получателей социальной помощи. Сегодня на них отвечает наш консультант М. Миронов.

Уважаемая редакция!
Мы с женой уже далеко не молодые люди √ обоим за семьдесят. Прибыли в Германию как контингентные беженцы и живём здесь за счёт социальной помощи. Недавно сын, закончив курсы, нашёл работу во Франкфурте и переехал туда с невесткой и внуками. Мы остались одни. А очень хочется жить вместе, иногда помощь детей просто необходима. По нашей просьбе сын узнал в местном Sozialamt`е о возможности назначения нам социальной помощи и получил отказ. Причина: Франкфурт находится в другой земле, а мы проживаем сейчас в NRW. Нам трудно понять, чем обосновано такое решение, ведь принимала нас Германия, а не отдельная земля. Не напоминает ли это печально известные ограничения в поселении евреев в царской России. Разъясните, пожалуйста, на чём основано такое положение и каковы перспективы выхода из создавшейся ситуации. Л. (Дуйсбург)

Уважаемый └Partner■!
В силу личных обстоятельств нам нужно перебраться из Дрезедена, где сейчас живём, в Берлин. Однако переехать мы не можем, т.к. получаем социальную помощь, а в Берлине нам её назначить отказываются. Сейчас подали на гражданство и надеемся вскоре его получить. Думали, что как граждане Германии (в настоящее время имеем статус Kontingentfluechtlinge) сможем получать социальную помощь в любом месте. Однако наши знакомые √ российские немцы объяснили, что это не так. Они имеют гражданство, но всё равно приписаны к определённому месту. Разъясните, пожалуйста, кто прав: мы или они. Семья Б. (Дрезден)


Представленная в письмах ситуация является далеко не единичной, и касается не только контингентых беженцев, но и всех иностранцев, постоянно проживающих в Германии.
Контингентные беженцы, согласно установленной процедуре приёма, распределяются в Федеральные земли по возможности пропорционально немецкому населению по, так называемому, распределительному ключу √ Koenigsteiner Schluessel. Из центрального приёмного лагеря их направляют преимущественно в города и округа, где имеются еврейские религиозные общины. Однако нередко иммигранты попадают в мало населённые пункты, где нет общин, городской инфраструктуры, и они вынуждены жить в небольших изолированных группах. Стремление изменить сложившиеся условия, получить возможность приобщиться к культурной жизни, иметь больше шансов найти работу, а также разного рода обстоятельства личного и семейного плана часто побуждают их к переездам.
Особенно притягивают иммигрантов такие метрополии, как Берлин, Мюнхен, Франкфурт, города Гамбург, Бремен, а также густо населённые районы в Земле Северный Рейн-Вестфали. И это не удивительно, если учесть, что в бывшем СССР многие из них жили в крупных городах. Уже сегодня примерно половина вновь прибывших осела в городах с полумиллионным населением, три четверти √ в городах с населением свыше 100 000 человек. И лишь небольшая часть остаётся в маленьких городках или сельской местности.
Правительство земли Северный Рейн-Вестфалия, например, сознательно проводит стратегию размещения контингентных беженцев только в тех городах, где имеются религиозные общины, в результате чего они изначально концентрируются в крупных центрах. В Дортмунде, Кёльне и Дюссельдорфе, например, живёт свыше половины всех иммигрантов, прибывших на жительство в Северный Рейн-Вестфалию. Эта самая большая по численности населения Федеральная земля стала новой родиной для четверти всех, прибывших в Германию по линии еврейской иммиграции.
Некоторые из тех, кому не удалось сразу попасть в большой город, стараются осуществить это впоследствии. Например, только за один год (с июня 1994 г. по июнь 1995 г.) в Берлин переселилось свыше 70 % членов местной общины. К концу 1995 г. по данным Федерального управления в Кёльне в столице должно было проживать 4500 еврейских иммигрантов, в действительности там их находилось около 7500. Почему же социальные ведомства зачастую отказывают желающим переехать в предоставлении помощи на новом месте? И каковы правовые основы таких действий?
Нужно сразу же подчеркнуть, ни о какой дискриминации по национальному признаку здесь не может быть и речи. И если в дореволюционной России действительно существовали ограничения (большинство евреев было вынуждено жить в небольших местечках, и только определённые небольшие группы евреев могли селиться в крупных городах), то ничего подобного в нынешней демократической Германии происходить не может. Независимо от национальности каждый, постоянно и на законном основании находящийся в стране, может в принципе обосноваться в любом месте в зависимости от своих желаний, наклонностей и личных обстоятельств. Ограничения проявляются только в чисто экономическом плане √ иностранец, живущий на средства государства, должен находиться в пределах той территориально√административной единицы, т.е. Федеральной земли, которая его приняла на постоянное жительство. Объясняется это просто: средства на жизнь выделяются из местных бюджетов и потому каждая земля, а внутри неё каждая община или коммуна, могут принять и обеспечить всем необходимым только определённое, ограниченное число прибывших. Это и приводит к тому, что контингентные беженцы, получающие социальную помощь, до того, как они начали работать и приобрели экономическую независимость, должны предварительно согласовывать переезд в другую землю (а иногда и внутри земли) с соответствующими социальными службами.
Существующая практика предусматривает, правда, так называемый обмен квотами между отдельными землями для воссоединения семей или в других обоснованных случаях. Но квот, как правило, оказывается недостаточно, а число несогласованных переездов постоянно растёт. Следствием этого зачастую является отказ в назначении социальной помощи на новом месте. В лучшем случае предоставляется только так называемая неотложная материальная помощь, которая может выражаться в выдаче денег на проезд обратно и на питание в дороге. └Кто признал за беженцем право на постоянное, бессрочное проживание (имеется в виду принявшая беженца земля), тот и должен нести расходы по его содержанию⌠ √ аргументируют свою позицию работники местных социальных служб, ссылаясь на требования Закона о социальной помощи (╖ 120, абз. 5 BSHG). Однако самими иммигрантами подобная практика, хотя и обоснованная экономически, часто и не без оснований расценивается как ущемление прав личности и проявление социальной несправедливости. В результате многие случаи несогласованных переездов становятся предметом рассмотрения в судах. Характерно, что принимаемые при этом судебные решения различны, а порой и прямо противоположны.
Почему же судебные инстанции допускают различное толкование такой, на первый взгляд довольно ясной ситуации? Причина заключается в неопределённости правового статуса еврейских иммигрантов. Формально они являются контингентными беженцами, принимаемыми по соответствующему Закону с выполнением требований Женевской конвенции от 28 июля 1951 года. А это значит, что в отличие от других иностранцев иммигранты должны иметь те же права на государственную поддержку, что и граждане Германии. И, в том числе, √ право на получение социальной помощи независимо от выбранного места проживания. Но это √ формально. А в действительности дело обстоит несколько иначе.
Вспомните, уважаемые читатели, какие острые дискуссии вызывал вопрос о статусе еврейских иммигрантов практически с самого начала иммиграции. В русскоязычной печати убедительно доказывалось, что все прибывающие отнюдь не беженцы, они ни откуда не бежали и прибыли в Германию по решению немецкого правительства, официально покинув страну прежнего проживания. Проблема статуса попала в поле зрения немецких властей, когда возник вопрос о продлении иммигрантам национальных паспортов или выдачи вместо них международных удостоверений личности √ Reiseausweis. В результате, уже начиная с 1993 года, появился ряд официальных документов на уровне Федеральных и Земельных министерств о том, что статус беженцев присваивается прибывающим по линии еврейской иммиграции условно или, как говорят юристы, └по аналогии⌠, что носит он └декларативный характер⌠ и что └правового положения, предусмотренного Законом о контингентных беженцах, еврейские иммигранты никогда не достигали⌠. Всё это в конечном итоге и привело к тому, что социальные службы получили возможность относить эту группу к общей категории иностранцев и, следовательно, применять к ним вышеупомянутые ограничения, в том числе и в отношении выбора места проживания. Когда же дело доходило до судебного разбирательства, суды, также по-разному трактуя статус иммигрантов, принимали решения либо в их пользу, т.е. обязывали социальные службы назначать └самовольно⌠ переехавшим помощь на новом месте (OVG Lueneburg FEVS 47, 461; VGH Muenchen FEVS 48, 74), либо решали дело в пользу социальных служб (OVG Berlin FEVS 48, 454), либо √ вообще оставляли вопрос открытым (VGH Mahnheim NDV √ RD 97, 135). Вот такая, довольно расплывчатая в юридическом смысле и порождающая, вследствие этого, различные решения ситуация сложилась в данном вопросе.
Всё это позволяет сделать следующий вывод: чтобы наверняка не остаться на новом месте без средств существования, контингентный беженец, получающий социальную помощь, должен, как и любой живущий в Германии иностранец, предварительно согласовывать переезд в другую землю (а иногда √ и в другой город) с соответствующими социальными службами. Что же касается вопроса, поставленного во втором письме, то правы и авторы письма, и их знакомые. Действительно, став гражданами Германии, бывшие контингентные беженцы смогут свободно выбирать место проживания, не рискуя потерять социальную помощь. Однако это гарантированное Конституцией право может быть в отдельных случаях ограничено. В частности, если материальное обеспечение той или иной группы лиц └ложится особым бременем на общество⌠ (Ст. 11 абз. 2 Grundgesetz). Именно это и происходит с гражданами Германии √ поздними переселенцами. Вполне естественно, что в начальной период они, как и все вновь приезжающие в страну, вынуждены жить за счёт различных видов государственной помощи. Однако поскольку переселенцев прибывает значительное количество (в середине 90-тых годов √ до 200 тысяч в год, в настоящее время √ около 100 тысяч), Парламент страны счёл возможным специальным Законом обязать их проживать вначале на местах, определённых при приёме на жительство. В последней редакции Закона, продлённого до конца 2009 года (BGBl 2000, 1, S. 775), требования даже ужесточены √ Закон действует теперь в течение трёх лет с момента въезда переселенца в страну, а не двух, как это было ранее. Немецкие власти обосновывают это замедлением процесса интеграции (в том числе профессиональной) из-за изменения состава въезжающих √ на одного Spaetaussiedler´a сегодня приходится три члена семьи, ранее же было наоборот.
Проводя аналогию с положением переселенцев, некоторые контингентные беженцы высказывают в последнее время опасения по поводу возможности принятия подобного закона и по отношению к ним. Нужно сразу сказать √ опасения подобного рода безосновательны. Не нужно забывать, что контингентные беженцы, в отличие от поздних переселенцев, получают гражданство только при условии экономической самостоятельности, т.е. √ независимости от государственной помощи в любой форме. А это значит, что применять к ним ограничения в выборе места проживания нет никаких оснований. Что же касается пожилых беженцев, которые, согласно действующему законодательству, могут стать гражданами страны, даже получая социальную помощь, то и для них принятие подобных ограничений представляется практически невероятным. Во-первых, это было бы несправедливо по той простой причине, что пожилые беженцы по сравнению, например, с пожилыми переселенцами изначально находятся в неравном положении: они вынуждены до конца своих дней зависеть от государственной поддержки (в виде социальной помощи или в будущем от базового обеспечения), в то время как пожилые переселенцы, став немецкими пенсионерами, обретают материальную независимость и именно поэтому могут селиться там, где пожелают. Во-вторых, число пожилых беженцев относительно невелико (примерно в десять раз ниже чем число пожилых переселенцев), а, следовательно, значительно ниже и число возможных несогласованных переездов. Поэтому содержание переехавших отнюдь не может └лечь особым бременем на общество⌠ в лице местных бюджетов того или иного города или общины. Так что можно с большой степенью уверенности утверждать, что и эта группа лиц после получения немецкого гражданства сможет выбирать без ущерба для назначения социальной помощи то место для поселения, где в наибольшей степени удовлетворяются их семейные, духовные и прочие жизненные интересы.

М. Миронов (Германия)
май 2002 "Partner" ╘ Dortmund

print


Расширенный поиск пользователей

AD SWITCH

Copyright © 1999-2015 germany.ru

Disclaimer | Реклама на сайте | О нас | Контакт